Русский

«Российско-туркменские отношения в контексте трансформационных процессов в Центральной Азии»

В настоящее время существенно интенсифицировались социально-экономические и политические процессы на постсоветском пространстве. Особое место в данной связи занимают государства Центрально-Азиатского региона. Фактически все крупные мировые державы в значительной степени заинтересованы в расширении своего влияния на процессы, происходящие в Центральной Азии (ЦА), что подтверждается активной соответствующей политикой как со стороны США, Европейского Союза, Китая, так и со стороны Российской Федерации.

После распада Советского Союза, ни одно из государств Центральной Азии все еще не создало эффективной системы межрегионального взаимодействия, несмотря на большое количество инициатив в данном направлении. Вновь создаваемые организации и структуры, как свидетельствует практика, работают малоэффективно. В то же время вопросы региональной интеграции не теряют своей актуальности.

Среди многочисленных реинтеграционных инициатив особенно обращает на себя внимание предложение казахстанского лидера Н.Назарбаева. Суть его заключается в идее объединения всех центрально-азиатских государств - Казахстана, Узбекистана, Кыргызстана, Таджикистана и Туркменистана - в единую структуру, предположительно «Союз Центрально–Азиатских государств». Значительным ограничением данной идеи является то, что Астана претендует на ведущую роль, а это, учитывая этнокультурологическую специфику местных государств, представляется весьма затруднительным.

Не менее актуальной по своему содержанию является идея «создания мощной организации» на основе уже имеющихся структур СНГ, (ЕврАзЭС и ОДКБ), озвученной Президентом Узбекистана Исламом Каримовым на XII Петербургском международном экономическом форуме, состоявшемся в Санкт-Петербурге 6-7 июня 2008 г. По мнению узбекистанского лидера, интеграция, основанная на объединении именно этих организаций, будет наиболее эффективна. С другой стороны, это усилит ведущую роль России в решении проблем стабильности и безопасности не только в Центральной Азии, но и на территории всего постсоветского пространства.

Следует особо отметить, что Россия не может недооценивать значимости усиления своего влияния на геополитические трансформации в рассматриваемом регионе. Явным тому подтверждением является первый международный визит Дмитрия Медведева на посту Президента РФ именно в Казахстан.

Многие аналитики связывают визиты российского Президента в Казахстан и другие центрально-азиатские страны исключительно с опасениями Москвы относительно возможности строительства Транскаспийского трубопровода в обход России. Однако это далеко не так.

Особый интерес в данной связи вызывает логика действий Туркменистана, который был и остается специфичным государством в своем социально-экономическом и культурологическом развитии.

Туркменистан обладает значительными запасами сырьевых ресурсов и, в первую очередь, углеводородного сырья (второе место в СНГ по запасам углеводородов и по некоторым оценкам пятое место в мире по запасам природного газа). Он также имеет выгодное географическое месторасположение, позволяющее прокладку газопроводных магистралей в разновекторных стратегических направлениях. Известны проекты строительства газопровода в Китай через территорию Узбекистана и Казахстана, и обсуждаемый проект газовой магистрали в Индию через Афганистан и Пакистан. Рассматриваются возможности прокладки Транскаспийской ветки газопровода по дну Каспия в Азербайджан и через газопровод "Баку-Тбилиси-Эрзерум" соединение с предполагаемым газопроводом Nаbucco, который позволил бы транспортировать природный газ в Европу в обход территории Российской Федерации. Последнее особо интересует США в контексте ослабления России в поставках газа в Западную Европу, на Украину, что, безусловно, затрагивает интересы ЕС.

Одним из наиболее важных вопросов для России является проект так называемого прикаспийского газопровода вдоль побережья Каспийского моря, позволяющего транспортировать туркменский газ через территорию Казахстана в Россию. Реализация данного проекта принципиально поставит под сомнение актуальность проекта Nabucco из-за невозможности достаточного наполнения его сырьем. Все это напрямую связано с экономической и политической безопасностью Российской Федерации.

Безусловно, здесь существует проблема реально доказанных запасов туркменских углеводородов, мнения о реальных запасах которых значительно расходятся, и составляют по разным оценкам от 3 трлн. кубометров газа до озвученным С.Ниязовым -- 44 трлн. кубометров.

В настоящее время не менее важным является культурологический и политический аспект международных отношений Туркменистана, который, зачастую, по мнению экспертов Международного института стратегических исследований «Vector», не учитывается в должной мере.

Именно Туркменистан долгое время, а именно с принятием независимости в 1991 г. и приходом к власти С.Ниязова, провозгласившим себя в последствии «отцом всех туркмен» и «вечным президентом Туркменистана», оставался наиболее закрытой, а точнее изолированной страной на постсоветском пространстве. Более того, тот способ борьбы за сохранение власти, который избрал С. Ниязов, и те внутриполитические и социальные «реформы», которые проводились им на протяжении последних 15-ти лет, довольно негативно отразились на социальном и культурном уровне развития туркменского населения. Закрытие библиотек, оперы, цирка, Интернета, иностранных телеканалов, создание системы образования, основанной на изучении преимущественно труда С. Ниязова «Рухнамат» далеко не отвечает, на наш взгляд, интересам цивилизованного развития данного государства. Более того, трансформация системы «высшего» образования, состоящей из двух лет обучения в вузе и двух лет производственной практики, и многих других аналогичных нововведений значительно снижала уровень развития «человеческого капитала» в стране. Не менее важным идеологическим базисом явилось провозглашение «умеренного нейтралитета туркмен», что позволяло лидеру не вступать ни в какие международные региональные союзы и организации, а основывать политику лишь на внутренней экономической целесообразности, в первую очередь, отталкиваясь от интересов экспортной реализации углеводородного сырья. Система управления, созданная С.Ниязовым, с одной стороны, позволяла активно противодействовать присущим Туркменистану внутриклановым и внутриплеменным элитам в притязаниях на верховную власть, а с другой, умело избегать потенциально опасной внешнеполитической экспансии западных стран.

Ситуация в Туркменистане начала динамично меняться с приходом к власти нового Президента Г. Бердымухамедова после скоропостижной кончины С.Ниязова. В первую очередь, смена власти в государстве оказала влияние на процессы социальных и культурологических преобразований, что не могло не повлиять на умеренную либерализацию как внутриполитических, так и внешнеполитических отношений страны.

В настоящее время в Туркменистане постепенно начинают функционировать институты культуры и образования, взят курс на активное развитие Интернета, телерадиокоммуникаций, печатных СМИ и многое другое. Особо значимой явилась позиция Г. Бердымухамедова в отношении геополитического партнерства с другими странами.

Показателен тот факт, что на следующий день после инаугурации Президента РФ Дмитрия Медведева, в состоявшемся по инициативе туркменского лидера телефонном разговоре, Г. Бердымухамедов пригласил Д.Медведева посетить Туркменистан. Россия адекватно восприняла эту просьбу, и данный визит состоялся 4-5 июля 2008 г.

Большинство аналитиков предполагало, что основным вопросом будет энергетическая составляющая переговоров. И действительно, подтверждение намерений строительства прикаспийской газовой магистрали лишает перспектив транзит туркменского газа в Европу в обход России и оставляет за Россией значимый инструмент политического и экономического влияния в диалоге со странами как Западной, так и Восточной Европы, энергетически зависимых от поставок газа через российские магистральные трубопроводы. Более того, в виду неясной ситуации с доказанными запасами туркменских углеводородов, остается неопределенность в экономической эффективности проектов газопроводов в Китай и Индию через Пакистан.

Д. Медведеву удалось заручиться поддержкой в отношении газовых проектов и подтвердить актуальность ранее достигнутых договоренностей об объемах и направлениях транзита туркменского газа до 2025 г. Однако это не единственные договоренности, достигнутые в ходе этой недавней встречи. По мнению экспертов МИСИ «Vector», не менее важным явился курс на сотрудничество в гуманитарной, научной, образовательной и культурной сферах, обозначенный в подписании пакета документов, в том числе соглашений между Министерством образования Туркменистана и Министерством образования и науки Российской Федерации в сфере образования, Меморандум о сотрудничестве между министерствами культуры России и Туркменистана по вопросам телерадиовещания, а также были достигнуты договорённости по углублению и интенсификации взаимных связей по линии научных центров и образовательных учреждений по культурному обмену. Предполагается увеличить количество молодёжи, направляемой для учёбы в высшие учебные заведения Российской Федерации. Более того, подписан протокол о создании в Ашхабаде филиала Российского государственного университета нефти и газа имени И.М.Губкина, который предположительно уже с 1 сентября текущего года примет первых туркменских студентов. Активно ведется строительство нового здания российско-туркменской средней школы имени А.С.Пушкина.

Особо обращает на себя внимание, что эти договоренности подписаны до 2009-2010 гг., что свидетельствует об их значимости для туркменской стороны и необходимости полной уверенности Г. Бердымухамедова в неизменности вектора стратегических геополитических интересов России, заключающихся не только в вопросах поставок газа и экономического сотрудничества, что, безусловно, важно, но и в комплексной интеграции, основанной на более глубоких социальных, культурных и гуманитарных принципах взаимоотношений. Следует подчеркнуть, что политика, основанная на прочных межкультурных и общегуманитарных взаимодействиях двух стран, дает основу для наиболее устойчивого стратегического партнерства.

В контексте рассматриваемых проблем нельзя не отметить особую важность взаимоотношений в военной сфере. Среди государств Центральной Азии Туркменистану, после распада СССР, досталось наибольшее количество вооружений. Проблема здесь заключается в недостатке квалифицированных кадров офицерского состава, способного максимально реализовывать этот потенциал в военно-политическом аспекте, поскольку Туркменистан нуждается в усилении позиций в вопросах стабильности, поддержания мира, противодействия террористическим угрозам и нелегального оборота наркотиков в этом регионе.

В целом, эксперты МИСИ «Vector» считают, что залогом стабильности и успешного экономического развития Центральной Азии является комплексная и всесторонняя политика взаимосвязи всех без исключения стран региона, заключающаяся в единой логике взаимодействия в вопросах интеграции. О понимании этого со стороны России свидетельствует тот вектор отношений, который на сегодняшний день избрал официальный Кремль, что прослеживается в грамотной и сбалансированной политике, демонстрируемой российским Президентом в отношении Туркменистана в частности, и, как мы предполагаем, всего Центрально-азиатского региона в целом. Явным примером тому могут служить запланированные в течение осени поездки Д. Медведева в Кыргызстан и Таджикистан в рамках саммитов ШОС и СНГ. С другой стороны, отчетливо наблюдается более взвешенная политика лидеров Центральной Азии в вопросах интенсификации реинтеграционных процессов с Российской Федерацией как в социально-экономических, политических, так и в гуманитарно-культурологических сферах взаимоотношений, исторически сложившихся за многие годы совместного проживания в едином государстве.

Услуги компании

  • Политические коммуникации
  • Бизнес-коммуникации
  • Кризисные коммуникации
  • Финансовые коммуникации
  • Лоббирование и взаимодействие с органами государственной власти
  • Социальные исследовательские проекты